В последнее время обострились отношения заказчик - переводческое агентство. Это всегда происходит во время кризисов. Так было в 1999-ом году, когда наше бюро образовалось, в 2005 году, когда ряд банков обанкротился и образовался кризис денежной ликвидности, в 2009 году, когда кризис субординированных кредитов привел к финансовому и так происходит сейчас, во время кризиса "что делать дальше с таким слабым рублем". В сценарии разрыва отношений можно проследить одну и ту же последовательность: передача на выполнение какого-либо "горящего" заказа и отмена его спустя несколько часов, когда работа над переводом практически завершена. В данной ситуации очевидна попытка усидеть на двух стульях, согласовывая заказ с конечным заказчиком перевода и попутно изменяя задание его исполнителю, т.е. нам. В спокойном рабочем режиме это проходит, есть время сгладить углы и доперевести, отменить или исправить какие-либо части выполненного перевода. Но в срочном режиме это становится невозможным, и мы получаем ситуацию, когда задолженность приводит к разрыву отношений посредник-исполнитель.
Кажется странным, как вообще возникает цепь из посредников, увеличивающих стоимость перевода. Выход на прямых исполнителей перевода - это существенная экономия и времени и денег для заказчиков, однако мы видим достаточно большое число компаний, компетенции которых весьма далеки от заявлений. Большинство компаний не способны выполнить перевод на казахский, хинди и большинство восточных языков самостоятельно и прибегают к аутсорсингу, попросту передавая выполнение перевода другой, более опытной компании, где такие переводчики есть.
Что же мешает клиентам находить и обращаться к таким компаниям напрямую? Весь мой опыт и наблюдения приводят к выводу, что таков менталитет наших заказчиков. Удобство, локальная близость исполнителя или дружественные отношения стоят больше, чем способность оказать услуги перевода. Почему такое происходит в условиях свободной информации и интернета, для меня загадка. Однако перепродажей услуг перевода занимаются далеко не маленькие и мало известные компании. Практически это означает, что менеджмент компании ориентирован на продажу услуг перевода, а не на их оказание. Таким образом, можно снизить практически до нуля вложения в систему процедур проверки, вычитки и контроля качества перевода, а также механизмов поиска, найма и тестирования переводчиков. Согласитесь, это сокращает расходы на выполнение перевода, и повышает прибыль компании-посредника.
Но как быть конечному "реальному" исполнителю перевода - работать? Помогая развиваться посредникам. Или отказываться от такой работы, теряя, конечно, в доходах, но помогая расчистить рынок переводов от посредников?
Опыт работы нашего бюро и постоянные наблюдения за рынком наводят на мысль, что практически нереально избавиться от посредников в переводческом бизнесе.
По аналогии с китайскими Ali и американскими eBay, предлагающими прямой выход на фабрики поставщиков, многие российские интернет-магазины закрылись и ушли с рынка. Но это произошло тогда, когда покупатели научились пользоваться этими системами и смогли убрать ненужные звенья в цепочке покупки товара.
Что-то похожее происходит в данный момент и на рынке переводов. По моим ощущениям, самый сложный момент в процессе перехода на работу с опорой на собственных переводчиков состоит не в дополнительных усилиях по поиску сотрудников и организации работы, а в ломке сознания, что покупатель оказывается не всегда прав и тот, кто платит деньги за услуги, еще должен заслужить право пользоваться этими услугами.
